Бурдо Фаина Львовна

Перейти к: навигация, поиск
Фаина Бурдо
(1925-2015)

ФАИНА ЛЬВОВНА БУРДО
(1925-2015)

Скрипачка, дирижер, педагог, Заслуженный деятель искусств Татарской АССР

Биография

  • Родилась 17 ноября 1925 года.
  • 194*-44 годы - училась в Казанском музыкальном училище.
  • 1950 год - окончила Казанскую консерваторию.
  • 1950-94 годы - педагог Казанского музыкального училища.
  • 1994 год - уехала к детям в Израиль.
  • 2004 год - в последний раз она была в Казани на столетнем юбилее училища.
  • Умерла 28 марта 2015 года в Израиле.
    • В чем секрет вашей энергии, оптимизма и творческого долголетия? - «Только в работе! Мне не дают покоя ни одной минуты. Без конца звонят, прилетают на занятия из разных стран и городов, приглашают в другие страны на мастер-классы. Это здорово! Приятно, что ученики не забывают меня. И еще у меня очень хорошие дети. Две мои дочери преподают в музыкальных академиях в Иерусалиме и Тель-Авиве. У меня пять замечательных внуков, правнук и правнучка. Они тоже успешно занимаются музыкой. Это и есть мое счастье и мой секрет».

Ш.Х.Монасыпов

Фаина Бурдо
(1925-2015)

В каждом музыканте-педагоге есть нечто неповторимое, оригинальное, достойное интереса и уважения. Но встречаются и вовсе уникальные индивидуальности, которые выделяются на общем фоне и несут в себе исключительно сильные созидательные импульсы. Подобно добрым сеятелям они щедро одаривают всех, кто соприкасается с ними своим творческим воображением, любовью, знаниями, создавая вокруг себя мощное поле притяжения и освещая своим сиянием путь юным музыкантам.
К таким учителям можно причислить Фаину Львовну Бурдо, у которой мне посчастливилось учиться в 60-е годы в Казанском музыкальном училище, а позднее и работать там вместе с ней. Деятельность учителя запечатлелась как яркое явление на многокрасочном музыкальном небосводе столицы Татарстана.
Окончив Казанскую консерваторию в 1950 году в числе первых выпускников, она проработала в Казани около полувека и воспитала огромное количество музыкантов. Это – скрипачи-солисты и оркестранты, дирижеры и ансамблисты, профессора и преподаватели высших учебных заведений, училищ и школ, успешно работающие как в стране, так и за рубежом. Среди исполнителей, получивших признание в крупных музыкальных центрах Европы, можно выделить лауреата международного и всероссийского конкурсов, концертмейстера Лионского оркестра во Франции Лию Ходжаеву и солиста Зальцбургской филармонии, концертмейстера оркестра «Моцартеум» (Австрия) Григория Эскина, обучавшихся у Фаины Львовны с самых первых своих шагов в музыке.
Среди учеников Ф.Л.Бурдо немало одаренных педагогов, воспитавших дипломированных «внуков», победителей международных, всероссийских и межрегиональных конкурсов. В частности, плодотворно работает в этой области дипломант всероссийского конкурса Ю.Ю.Виват, окончившая в классе Фаины Львовны десятилетку при консерватории и преподающая в настоящее время в этом же учебном заведении. Ее юные питомцы неоднократно завоевывали звание лауреатов на самых престижных европейских и всероссийских конкурсах.
В числе воспитанников Ф.Л.Бурдо есть и такие, которые в силу обстоятельств не пошли по музыкальной стезе, но проявили себя как яркие индивидуальности в других областях творчества. Это – замечательный кинорежиссер с мировой известностью К.Лопушанский, крупный авиаконструктор, руководитель ЦКБ имени Горбунова В.Безбородов, преподаватель эстетики, возглавляющий на протяжении многих лет кафедру философии и гуманитарных дисциплин Казанской государственной консерватории В.Маклецов и другие.
Профессиональное скрипичное образование Ф.Л.Бурдо получила у выдающихся музыкантов. В Киевской специальной школе при консерватории она занималась у профессора Я.С.Магазинера, воспитанника И.Р.Налбандяна, воспринявшего традиции двух крупнейших мировых школ – Л.Ауэра в Петербурге и Й.Иоахима в Берлине. В Москве скрипачка занималась у профессора Б.О.Сибора, непосредственного ученика Ауэра. Оказавшись в годы войны в Казани, она поступила в музыкальное училище в класс замечательного представителя Ауэровской школы К.А.Байбурова, у которого в тот период занималась Зариус Шихмурзаева, ставшая впоследствии лауреатом четырех престижнейших международных конкурсов.
Занятия у выдающихся педагогов сыграли большую роль в судьбе Фаины Львовны и помогли ей не только приобрести прекрасный технический аппарат, но и проникнуть в тайны скрипичного искусства, открыть истинное назначение музыканта, призванного дарить людям огонь своей души. Последнее было вполне созвучно духовному строю скрипачки, обладавшей исключительно теплым, чарующим звуком, пылким темпераментом, неподдельной искренностью и непосредственностью выражения. Она блестяще владела инструментов, с которым соединялась настолько органично и естественно, будто он являлся продолжением ее существа. Кроме того она была очень сценична: хороша собой, стройна, обаятельна, артистична.
В годы учебы в консерватории ее неизменно включали в отчетные концерты и смотры, которые проходили в Москве, Казани и других городах страны. Уже тогда молодая скрипачка работала в оркестре оперного театра и играла в квартете консерватории вместе с ведущими педагогами (музыканты в шутку именовали этот ансамбль «четыре Б» из-за сходства начальных букв в фамилиях участников – Натан Брауде, Фаина Бурдо, Семён Басовский, Александр Броун).
Фаине Львовне прочили большое исполнительское будущее, но неожиданно для многих она предпочла преподавательскую деятельность. Возможно, в этом сыграло определенную роль ее замужество (она соединила свою судьбу с сокурсником, партнером по квартету Семёном Зеликовичем Басовским) и рождение двух дочерей. Но несомненно и то, что именно в работе с детьми скрипачка открыла свое истинное предназначение в жизни.
Фаина Львовна умела найти ключик к сердцу любого ребенка и превратить чрезвычайно сложный процесс приспособления ученика к скрипке в интересное, увлекательное занятие. Своим обаянием, искренней самоотдачей и тонкой неподдельной музыкальностью она завораживала душу юного скрипача и вводила его в волшебное царство музыки. Все остальное получалось у ученика как по волшебству. Разумеется, за этим стояло глубокое знание педагогом секретов скрипичного мастерства, огромное трудолюбие и чувство ответственности за судьбу вверенного ей ребенка.
Человеческая доброта у Фаины Львовны органично соседствовала с педагогической требовательностью. Ученики незабвенно любили своего учителя, хотя и немного побаивались ее. Последнее в большей степени относилось не к малышам, а к учащимся старших классов школы и училища, которые, изживая свой трудный переходный возраст, способны были на любые сумасбродства.
Учительница весьма терпеливо сносила все выходки своих учеников и редко устраивала взбучки. Будучи воспитанным, добропорядочным человеком, безупречным в моральном отношении она уже своим обликом оказывала сильное воздействие на воспитанников. Приходя к ней в класс, ученики находили здесь вторую мать, энергичную, красивую, всегда подтянутую, опрятно одетую (со вкусом, но без излишеств). И порой одного строгого взгляда ее больших темных глаз достаточно было, чтобы провинившиеся «сын» или «дочь» моментально осознавали истинную цену своего проступка.
Фаина Львовна для своих учеников была живым идеалом, олицетворяющим великие созидательные силы жизни. Казалось, для нее не существовало неразрешимых проблем. С ее помощью любые неурядицы и опасные ситуации разрешались как бы сами собой. И это позитивное оптимистическое отношение она вселяла в окружающих, создавая вокруг себя атмосферу сотворчества, жизнелюбия, стойкости. Разумеется, как у всякого живого человека, у нее были и свои несовершенства. Однако ее достоинства с лихвой перевешивали и перекрывали все остальное.
Пожалуй, важнейшим определяющим свойством ее натуры была истинная, подлинная музыкальность, которая открывала возможность глубокого внутреннего постижения сущности исполняемой музыки и особенностей стиля того или иного композитора. Работая над произведением, скрипачка буквально загоралась сама и зажигала своим темпераментом ученика, вводя его в стихию тех душевных переживаний, которые несла в себе музыка. Так на практике реализовывался один из основных принципов исполнительского искусства, сформулированный легендарным Н.Паганини: «Чтобы воздействовать на публику, нужно самому сильнейшим образом прочувствовать душевное переживание».
Фаине Львовне всегда претило безликое, рафинированное исполнение, быть может даже безупречное с точки зрения технического воплощения, но лишенное подлинного, полнокровного чувства. Этим она отличалась от многих своих коллег, ставивших во главу угла обучение ремеслу, но не проникновение в глубины духа. Всеми силами своего существа она противостояла этой негативной тенденции. На своих открытых уроках она с блеском демонстрировала, как на практике достигается овладение исполнительским мастерством через погружение в дух музыки. Зараженный энтузиазмом педагога ученик моментально преображался. Все его существо раскрепощалось, обретая свободу и давая возможность литься чистой, живой музыке. Это чудо, совершавшееся на глазах у публики, было реальным действенным оружием против ремесленнической тенденции, готовой поглотить живое творчество и свести педагогическое искусство к дрессировке, к натаскиванию.
В противодействии этим односторонним представлениям и заключалась, очевидно, главная миссия Ф.Л.Бурдо. От своих выдающихся учителей она унаследовала удивительно тонкое понимание образного языка. Учительница практически не пользовалась иссушающими абстрактно рассудочными формулировками, но находила яркие, емкие метафоры, вызывающие у учеников живой интерес и пробуждающие художественное воображение. Очень часто она прибегала к крылатым фразам Л.Ауэра, слышанным ей от своих педагогов, непосредственно обучавшихся у знаменитого основателя русской скрипичной школы. «Не мешайте смычку играть!», «Дышите в правой руке!», «Распустите кисть левой руки!» – такие пожелания включали в работу не только рассудок учащегося, но все его естество, помогая почувствовать скрипку как часть самого себя.
С большой ответственностью Фаина Львовна относилась к будущему своих учеников и многим рекомендовала продолжать обучение в Москве, нередко помогая им поступить к именитым педагогам в столичные ВУЗы. Это входило в определенные противоречия с местными интересами и вызывало бурную отрицательную реакцию администрации консерватории, считавшей, что педагоги училища и десятилетки должны работать прежде всего на Казань. И хотя все понимали, что приобщение к московской скрипичной культуре в конечном итоге благоприятно отразится и на развитии казанской школы, все же каждый отъезд учеников Фаины Львовны в Москву оборачивался серьезными неприятностями как для нее самой, так и для ее супруга, который работал на руководящих должностях в Казанской консерватории. Несмотря на это скрипачка с завидным упорством придерживалась избранной политики и не поступалась своими принципами в угоду личного спокойствия.
Заботясь о правильном музыкальном развитии своих учащихся, Фаина Львовна с большой тщательностью подбирала концертмейстеров, которых привлекала одновременно и для работы в классе и для выступлений с ансамблем скрипачей. Долгие годы она сотрудничала с Заслуженным деятелем искусств Татарской АССР, Народной артисткой Татарской АССР Людмилой Исхаковной Ахмедовой, которую взяла на работу юной девочкой, заметив в пианистке необычайно яркий дар аккомпаниатора, сочетавшего в себе наряду с удивительной природной музыкальностью блестящую способность чтения с листа, а также умение чутко следовать за солистом, полностью сливаясь с ним. Опытный педагог помог раскрыться этому незаурядному таланту. Впоследствии Людмила Ахмедова стала одним из ведущих концертмейстеров, известных не только в Казани, но и Москве. Она выступала со многими выдающимися артистами, включая виолончелистов М.Ростроповича, М.Фейгина, скрипачей Б.Гутникова, В.Пикайзена, певца Б.Минжилкиева и др. В 1980-е годы Людмилу Ахмедову сменила в классе Ф.Л.Бурдо пианистка Александра Илюхина. Обладая исключительной музыкальностью, прекрасными пианистическими качествами, она гармонично вписалась в ту творческую атмосферу, которая на протяжении многих лет нарабатывалась в классе.
Являясь на протяжении многих лет заведующей отделом струнных инструментов училища, Фаина Львовна бескорыстно делилась своими знаниями с коллегами по работе, без устали выступала на методических конференциях, ездила по музыкальным школам города, прослушивая учащихся и будущих абитуриентов и наставляя их педагогов. Со стороны могло показаться, что главный мэтр занят только тем, что отыскивает себе способных учеников. Но, по существу, происходило интенсивное воздействие на общее состояние дел в скрипичном «цехе». В этом отношении мэтру удалось осуществить немало плодотворных проектов.
Она была одним из инициаторов открытия при училище музыкальной школы (на общественных началах), где преподавали учащиеся под руководством своих педагогов. Она взвалила на себя нелегкий труд организации педагогической практики в консерватории. Этот предмет, влачивший до нее жалкое существование и считавшийся весьма не престижным, под ее неуемным и стоическим руководством превратился в одну из самых интересных и любимых студентами дисциплин, а обычные рядовые зачеты и экзамены – в праздничные концерты, на которые собиралось огромное количество заинтересованной публики со всей Казани.
Педагоги всех уровней и рангов с большим уважением относились к ведущему специалисту в области детской педагогики. Учителя музыкальных школ почитали за достижение, если их воспитанник попадал в ее класс. Своей духовной аурой она исключительно благотворно действовала на души молодых музыкантов, заботливо пестуя их дарование. В своей работе она не имела привычки отказываться от трудных учащихся. Ее богатая натура как бы предвосхищала будущее педагогики, высвечивая новый путь, предначертанный великими учителями человечества. Путь восхождения к мастерству через Любовь, Истину и Мудрость.
Посвятив себя педагогике, Ф.Л.Бурдо все же не отказалась полностью от исполнительства. Любимой отдушиной для нее был ансамбль скрипачей училища, который она бессменно возглавляла на протяжении более 30 лет. Она не только руководила ансамблем, но и долгое время сама выступала в качестве скрипача-концертмейстера. Здесь воплощалось исполнительское кредо замечательной скрипачки, созвучное тому, что было прекрасно выражено Ильфом и Петровым в их записной книжке: «На скрипке многие играют хорошо. Но как это плохо, когда на скрипке играют хорошо. На скрипке надо играть великолепно!»
Каждое выступление скрипачки с училищным ансамблем было блистательным, приводя слушателей в неописуемый восторг. Ансамбль пользовался большой любовью казанцев. Он часто выступал с концертами, неизменно собирая большую аудиторию любителей музыки. Публика исключительно горячо принимала руководителя ансамбля, неизменно выступавшую в прекрасном длинном бархатном платье с высоко поднятой скрипкой, которая становилась в руках талантливого музыканта подлинной Царицей Музыки.
Ф.Л.Бурдо в 1994 гоы покинула Казань, уехав за границу вслед за своими дочерьми Милой и Аллой, ставшими видными музыкантами. Расставшись с Казанью, она не оставила педагогической деятельности. Приближаясь к своему 80-летию, она по-прежнему востребована и щедро делится богатым опытом, протягивая нити сотрудничества между отечественным и западным музыкальным миром. Замечательный педагог не порывает связей с Казанью, и каждый её приезд, насыщенный встречами с коллегами, открытыми уроками, концертами, становится большим праздником скрипичного искусства в республике.

Творчество

  • Она проработала в Казани около полувека и воспитала огромное количество музыкантов. Это – скрипачи-солисты и оркестранты, дирижеры и ансамблисты, профессора и преподаватели высших учебных заведений, училищ и школ, успешно работающие как в стране, так и за рубежом. Среди исполнителей, получивших признание в крупных музыкальных центрах Европы, можно выделить лауреата международного и всероссийского конкурсов, концертмейстера Лионского оркестра во Франции Лию Ходжаеву и солиста Зальцбургской филармонии, концертмейстера оркестра «Моцартеум» (Австрия) Григория Эскина, обучавшихся у Фаины Львовны с самых первых своих шагов в музыке.

Признание

Источники